«Первое столетие»: Павел Басинский беседует с Наталией Солженицыной

Дек 12 2018
К 100-летию Александра Исаевича Солженицына в "Российской газете" опубликовано интервью Павла Басинского с Наталией Дмитриевной Солженицыной.

Сто лет назад в Кисловодске в семье Исаакия и Таисии Солженицыных родился сын, которого назвали Александром. Ему предстоит прожить почти полный век, испытать на себе войну, лагерь, смертельную болезнь, изгнание... После публикации в 1962 году в "Новом мире" повести "Один день Ивана Денисовича" имя бывшего зэка, а ныне рязанского учителя стало известно всему миру. С этого момента и до сих пор Солженицын вызывает споры, порой полярные суждения. И сегодня, когда его уже нет в живых, вокруг него бушуют нешуточные страсти. Когда-то он написал о коммунизме: "У всех на виду - и не понят". Но эти же слова можно отнести и к нему самому. О загадках его личности мы поговорили с человеком, который знал его лучше всех - с Наталией Дмитриевной Солженицыной.

- В биографии Солженицына Людмилы Сараскиной я нашел слова писателя и критика Петра Вайля: "Александр Солженицын - это герой ненаписанного романа, который мог бы создать автор масштаба Достоевского или Томаса Манна". Я тоже считаю, что Солженицын - романный герой. В его судьбе столько узлов, противоречий! Я имел счастье недолго общаться с Александром Исаевичем, и я сказал ему, что "Бодался теленок с дубом" - не мемуары, а роман о преодолении героем Судьбы. Но он со мной не согласился. Он считал мемуары второстепенным жанром.

- Это были "горящие" мемуары. Они писались "поэтажно", последний - "Пришло молодцу к концу" - в Цюрихе сразу после нашей высылки в 1974 году. Он не мемуары хотел писать, а продолжать "Октябрь Шестнадцатого", но еще не пришли из Москвы материалы, переправляемые тайно, без которых он не мог бы работать. Да что материалы! У нас ничего не было, посуды не было. И горечь страшная, потому что потеряли родину, всех друзей. Тем не менее он все время что-то писал. И вижу, что пишет "Теленка". Я спрашиваю: "Ты не нашел лучшего времени мемуары писать?" А он: "Только сейчас и писать, я боюсь забыть".

- Если все-таки рассматривать Солженицына как романного героя, то нужно коснуться темы отца. Исаакий Солженицын погиб в результате несчастного случая на охоте, когда Саня находился в животе матери. То есть он уже был, готовился появиться на свет, а отец погибает от нелепой случайности. В этом году мы отмечаем юбилеи очень разных писателей: Маяковский, Горький, Толстой, Тургенев, Солженицын. И вот я обратил внимание: все они рано потеряли отцов. Солженицын - раньше всех. Опять же в книге Людмилы Сараскиной я нашел очень сильное его высказывание об увлечении отца охотой: "Что мне не понятно в характере отца - это охота. Охоту я ненавижу, отрицаю... Как он мог..." Он что, действительно отрицал охоту, как поздний Толстой, или это связано с детской травмой безотцовства?

- Я думаю, больше всего он ненавидел охоту, потому что погиб отец. С другой стороны, он вообще не принимал праздного убийства живых существ, хотя "толстовцем" он, конечно, не был. Он и рыбной ловлей не увлекался. Мне кажется, ему было просто неприятно убивать.

- На самом деле, это и есть подлинное "толстовство". А правда, что отец его был "толстовцем" и даже встречался с Толстым в Ясной Поляне? Отец и мать Солженицына были первыми интеллигентами в обеих родах. Это так?

- Да. Причем отцу было очень трудно добиться возможности учебы в гимназии. Крепкая крестьянская семья, он был нужен в работе, в хозяйстве. Но книгочей, мечтает учиться, и отец просто махнул на него рукой. С Толстым он действительно встречался, гимназистом ездил в Ясную Поляну. Конечно, в "Красном Колесе", описывая беседу Сани Лаженицына с Толстым, Александр Исаевич ее придумал, вернее, реконструировал из тех споров, которые велись с Толстым и вокруг Толстого при его жизни и после.

- Например, о том, что невозможна всеобщая любовь, что это слишком высоко и недоступно простым смертным. Вам не кажется, что это спор самого Солженицына с Толстым? Неслучайно он отцу в романе дает свое имя.

- Думаю, что это все же реконструкция споров интеллигенции начала века, к которой принадлежал его отец. К тому же Исаакия Солженицына в семье называли Саней. И когда у его уже вдовы Таисии родился мальчик, она умоляла священника, чтобы он дал ему имя, которое можно было бы сокращать как Саня. Он и нашел в святцах. Но не в честь Александра Невского, как многие думают.

- Разве сам Солженицын не спорил с Толстым всю жизнь?

- Спор был, но скорее по другой линии - о роли личности в истории. Он совершенно не принимал этого толстовского исторического фатализма: пусть все течет, как течет, и Кутузов потому выигрывает, что не сопротивляется току времени, а улавливает его.

- А Наполеон - наоборот?

- А Наполеон - наоборот. И Воротынцев в "Красном Колесе" - наоборот. Но Воротынцев - вымышленный герой. И главная неразрешенная загадка для Солженицына была: почему в России, где жили и невымышленные Воротынцевы, волевые, сильные русские мужчины, почему они ничего не cмогли сделать, не остановили "Колесо"?

Читать дальше...