Борис Тарасов: «Истинное дело возможно, если...»

Апр 1 2017
Заведующий кафедрой зарубежной литературы, литературовед, автор книг в серии "Жизнь замечательных людей" о Чаадаеве и Паскале - Борис Николаевич Тарасов в канун своего 70-летия дал интервью ряду изданий, среди которых и журнал "Балашиха: голоса сердец". Публикуем настоящее интервью целиком.

Истинное дело возможно, если в душе человека есть силы добра и света

В канун своего юбилея - 70-летия со дня рождения - Борис Николаевич Тарасов, писатель, философ, заслуженный деятель науки РФ, литературовед, доктор филологических наук, лауреат многих литературных премий и лауреат Патриаршей литературной премии - 2016, большой друг Балашихинской ЦБС им. Ф.И. Тютчева, ответил на наши вопросы.

- Борис Николаевич, Вы много работаете, недавно вышли книги «Куда движется история?» (Метаморфозы идей и людей в свете христианской традиции) и «Тайна человека и тайна истории». Как нам известно, именно за эти работы Вы стали лауреатом Патриаршей премии 2016 г. Что для Вас значит эта премия?

- Хотелось бы уточнить, что Патриаршая литературная премия вручается не за конкретные произведения, а за совокупный творческий вклад, который предполагает сохранение духовных и нравственных ценностей в культуре и литературе, включающий в себя в данном случае и упомянутые Вами книги, и биографические сочинения о Паскале и Чаадаеве, и другие мои работы. Уникальность этой премии заключается в том, что она выделяет сохранение нравственных ценностей и духовных традиций в культуре и литературе в сочетании с высокими художественными достоинствами. Этим сочетанием она отличается среди разных литературных премий в сегодняшней России, которые обычно сосредотачиваются на художественных сторонах произведений. Если же Патриаршая литературная премия оценивала бы только духовно-нравственное содержание в них, она перестала бы быть литературной и стала бы публицистической. Присуждение такой премии для меня, конечно же, большая честь.

- Принято считать, что человек по своей природе противоречив. Поясню, в нём присутствует светлая и тёмная сторона, божественная и демоническая. Поэтому вопросы «что делать?» и «кто виноват?» будут волновать нас и в XXI веке. Сможем ли мы найти на них ответы?

- Действительно, эту двойственность человеческой природы, парадоксальное сочетание в ней величия и ничтожества в афористической форме выразил Гавриил Державин: «Я царь, я раб, я червь, я бог». Человек имеет представления о любви, милосердии, совести, подлинной свободе, чести, достоинстве и т.п., и вместе с тем он обуян гордыней, завистью, тщеславием, властолюбием, сребролюбием, сластолюбием… Пока мы не осознаем глубоко эту фундаментальную двойственность, эту темную, рабскую сторону человеческой природы? постоянно возобновляемые роковые вопросы русской интеллигенции «что делать?», «кто виноват?», или, как говорил Шукшин, «что с нами происходит?» не будут получать по-настоящему результативного ответа. Здесь будет уместно вспомнить Вл. Соловьева, писавшего в статьях о Достоевском: «Пока темная основа нашей природы, злая в своем исключительном эгоизме и безумная в своем стремлении осуществить этот эгоизм, все отнести к себе и все определить собою, - пока эта темная основа у нас налицо - не обращена - и этот первородный грех не сокрушен, до тех пор невозможно для нас никакое настоящее дело и вопрос “что делать” не имеет разумного смысла. Единственный разумный здесь ответ: ищите исцеления; пока вы не исцелитесь, для вас нет дела, а пока вы выдаете себя за здоровых, для вас нет исцеления». Истинное дело возможно, продолжает свою мысль Соловьев, если в душе человека есть «положительные силы добра и света».

Именно темная основа нашей природы есть то, что А.И. Герцен называл демоническим началом истории, которое вносит расхождения между идейными теориями или революционными преобразованиями и их практическим осуществлением. «Мы были свидетелями, как все упования теоретических умов были осмеяны, как демоническое начало истории нахохоталось над их наукой, мыслью, теорией, как оно из республики сделало Наполеона. А из революции 1830 года - биржевой оборот».

Утопизм всякого рода гуманистических проектов или благих реформаторских преобразований заключается в том, что они не учитывают во «внешних» проектах и практических действиях по изменению общественно-политической и государственной действительности «внутренней» темноты и главных «рабских» страстей человеческой природы, как бы невидимых законов духовно-нравственной жизни, отмеченных И.А. Ильиным: «Внутреннее, сокровенное, духовное решает вопрос о достоинстве внешнего, явного, вещественного». Отсюда недоуменные констатации («хотели как лучше, а получается как всегда»).

Но мы всё еще продолжаем на свой лад повторять многократно разоблаченную в истории схему зависимости человека от среды, уповаем на «внешние» достижения информационных или биологических революций, здравый смысл или хваткую хитрость, «шведскую» или «американскую» модель рынка, на те или иные формы государственного правления и общественного устройства и т.п. При этом игнорируется стратегическая зависимость не только общего хода жизни, но и наших тактических планов от непосредственного содержания и подспудного влияния «сокровенного» и «внутреннего», от всегдашнего развития страстей, от порядка (или беспорядка) во внутреннем мире человека. «Под шумным вращением общественных колес, - заключал И.В. Киреевский - таится неслышное движение нравственной пружины, от которой зависит все».

- Вот Вы задавали еще вопрос: куда все-таки движется история? - вперед-вверх или вперед-вниз?

- Чтобы сказать правильные ответы на подобные вопросы, важно посмотреть на качество сокровенного и внутреннего за внешним фасадом современной цивилизации. Господство экономических мотиваций и материальных интересов поглощает человека силами поглощающей корысти и конкурентной борьбы, которые иссушают высшие духовные силы (честь, достоинство, совесть, милосердие, самопожертвование и т.п.), постепенно отмирающие за невостребованностью или превращающиеся в условную шелуху и ширму для «исключительного эгоизма» и циничности расчетов. В клетке сниженных идеалов и при власти потребительской деспотии всегда незримо действует социал-дарвинистская идея естественного отбора, обставленная красивыми речевыми конструкциями о демократии, диктатуре закона и т.п.

При таком состоянии человеческих душ и при таких обстоятельствах, когда народы вдобавок преобразуются в массы, живущие одним днем, манипулируемые и взаимозаменяемые, надеяться на движение истории вперед-вверх было бы по меньшей мере неблагоразумно, более того, в условиях геополитических, национальных, этнических и иных проблем обедненная и плененная низшими силами душа, забывшая о своей «высшей половине» сама становится главным «внутренним» источником возможных мировых катастроф. О том, как сплошное обмельчание, материализация и эгоизация человеческих желаний незримо готовит драматические последствия, создает подспудные предпосылки для перерастания мира в войну, проницательно писал Достоевский. Говорят, размышлял он, что мир родит богатство, но ведь только для десятой доли людей. От излишнего скопления богатства в одних руках развивается грубость чувств, жажда капризных излишеств и ненормальностей, возбуждается сладострастие, провоцирующее одновременно жестокость и слишком трусливую заботу о самообеспечении. Болезни богатства передаются и остальным девяти десятым, хотя и без богатства. Панический страх за себя сообщается всем слоям общества и вызывает страшную жажду накопления и приобретения денег, что умерщвляет духовные запросы и веру в солидарность людей на христианских началах. «В результате же оказывается, - как писал Достоевский - что буржуазный долгий мир все-таки, в конце концов, почти всегда сам зарождает потребность войны, выносит ее сам из себя как жалкое следствие… Из-за каких-нибудь жалких биржевых интересов, из-за новых рынков, … из-за приобретения новых рабов, необходимых обладателям золотых мешков, словом, из-за причин, неоправдываемых даже потребностями самосохранения, а, напротив, именно свидетельствующая о капризном болезненном состоянии национального организма».

Пока в человеке и обществе нет «царской» закваски «положительных сил добра и света» и торжествует рабская рутина «исключительного эгоизма», стратегически плодотворные и конструктивные выходы в реформах, революциях, глобальных переменах затруднены. Необходимо, как говорил Чехов, выдавливать из себя раба. Разумеется, классик имел в виду не политическое рабство.

Или ещё один пример из классики, который имеет отношение к качеству душевно-духовной жизни людей, влияющему на направление их деятельности, и, соответственно, на ход истории. Представим себе пушкинских героев Гринёва и Швабрина и зададимся вопросом: куда, при одинаковых профессиональных, интеллектуальных, творческих качествах, но при противоположной нравственной сути, они будут направлять этот руль? На что и на кого будут ориентироваться в своей деятельности? - на удовлетворение собственных и групповых эгоцентрических пристрастий или во благо ближних? Вот от удельного веса Гриневых и Швабриных и зависит развитие истории вперед-вверх и вперед-вниз. Если вообразить, что люди, имеющие представления о «царских» свойствах и высших ценностях когда-нибудь вымрут, то в полной мере реализуется формула «человек человеку волк».

- Что значит быть писателем сегодня?

- Настоящую литературу во все времена отличает глубокое проникновение в «тайну человека», раскрытие за внешними процессами и актуальными событиями незримой борьбы «царя» и «раба» в душах людей, потому она и становится классикой, не устаревает в веках при смене исторических обстоятельств.

Ещё в 20-х годах прошлого века Томас Элиот заметил, что мудрость мы поменяли на знание, а знание - на информацию. В настоящее время такая замена гораздо более очевидна благодаря Интернету и средствам мобильной связи. В атмосфере «информационного общества» у людей сокращается духовно-интеллектуальный обзор событий, возникает переизбыток неосмысленных фактов, при этом электронная видеотехника и визуальное мировосприятие способствуют формированию клипового сознания.

К тому же коммерциализация жизни вырабатывает более мощные, по сравнению с идеологическим диктатом, механизмы подавления человеческой свободы, перевертывания иерархии ценностей, искажение реального значения творчества. Гедонизм и утилитаризм становятся негласными критериями в «цивилизованном мире». В результате возникает своеобразная блиц-культура с «укороченным» пониманием действительности, а «чувственное искусство» в литературе, живописи, музыке, театре оказывается всё более вульгарным и поверхностным.

Бьющие по примитивным чувствам новизна, острота, необычность (зачастую патологическая) сюжетов, ироническая развлекательность, пародийный нигилизм заменяют художественное исследование жизни и противоречий человеческой природы мельтешением дагерротипических картинок.

Причём упор делается на тёмных сторонах бытия, на умении громко (пусть и скандально) прокричать о чём-либо преступном или греховном и искусно подать этот «крик». Большинство издательств ориентировано на прибыль. А прибыль даёт та самая массовая литература. До недавнего времени господствовали фэнтези, детективы, приключения, авантюрные, эротические, дамские романы из разряда так называемого «лёгкого чтива».

В такой атмосфере современные писатели нередко разучиваются понимать и изображать высшее или столкновение с высшим в человеке, поэтому при чтении талантливых произведений порою создается впечатление, что человек лишь «червь» и «раб».

Надо отметить, что в последнее время наблюдается некоторая эстетическая и интеллектуальная усталость от массовой культуры, в том числе в области литературы, повышение интереса к документальным и художественно-публицистическим повествованиям, историческим и биографическим сочинениям. Несмотря на сниженный уровень социокультурной ситуации подлинные писатели продолжают сохранять в своем творчестве критерии настоящей литературы и отечественной классики. Назову лишь лауреатов Патриаршей литературной премии, поскольку о ней зашла речь. Это - В. Крупин, О. Николаева, В. Николаев, А. Сегень, А. Варламов, В. Ганичев, Ю. Лощиц, В. Курбатов, Ю. Кублановский, Б. Екимов, С. Куняев, Ю. Бондарев, Н. Агафонов, Н. Блохин.

- Какова, на Ваш взгляд, судьба современных библиотек как хранителей книжного богатства? Есть ли у них будущее?

- Современная библиотека находится в таких же сложных социокультурных и экономических условиях, как и подлинная культура, настоящая литература, что как бы от противного повышает значение ее деятельности в восстановлении, сохранении и развитии нарушенной иерархии и пропорциональности между информацией, знанием и мудростью. Фильтруя и каталогизируя, библиографируя и систематизируя разнородную информацию библиотека преодолевает ее хаотическую разрозненность и деструктивную неупорядоченность. Она обеспечивает широкий доступ к самым разным областям профессиональных знаний и выполняет незаменимую образовательную функцию. Наконец, библиотека приобщает читателей к достижениям отечественной и мировой культуры, сохраняющим связь времен и передающим от поколения к поколению историческую память о религиозных, духовных, нравственных, эстетических ценностях, без которых невозможно отделение добра от зла, различение в себе и окружающем мире "царя" и "раба" и соответственно движение истории вперед-вверх.

- Ваши пожелания библиотечным работникам, читателям библиотек и нашего журнала.

- Хотелось бы поблагодарить библиотечных работников за их самоотверженный и благородный труд, успешного преодоления возникающих организационных и экономических, материальных и технических проблем, а также большего понимания со стороны государства значения их высокой просветительской миссии.

- Уважаемый Борис Николаевич, позвольте от лица наших читателей, от культурного сообщества Балашихи поздравить Вас с 70-летием, пожелать здоровья, творческих сил, новых работ на благо совершенствования общества и его главной ценности - человека.

Беседу вела Наталия Крылова,

учёный секретарь МБУК «ЦБС»